Москва

ВИШНЕВЫЙ САД НА ГУБЕРНСКОЙ СЦЕНЕ

Удивительно, что самой популярной и желанной для постановки пьесой среди современных режиссеров со всего мира уже сто лет как остается «Вишневый сад» Чехова. Сейчас в Москве мы можем посмотреть больше десяти интерпретаций класики, написанной в 1904 году. И ведь, что еще более удивительно, все разные(или стараются быть таковыми). Звучит Чехов очень современно, и знакомясь с его героями, находя в их характерах себя, мы невольно задумываемся, это Антон Павлович опередил свое время? Или мы особо далеко не ушли?

Сергей Безруков представляет зрителю свой взгляд на «Вишневый сад» и сегодняшнюю действительность. Для него «Вишневый сад» -пьеса о нации, повторяющей Атлантиду, загубленную самими атлантами, пьеса о любви, которая необходима человеку для жизни, но которой нет. Лопахин здесь любит Раневскую (которую принято считать пожилой, но на самом деле ей было всего 35 лет), Раневская трудно переживает личную трагедию, из-за которой она покинула Париж. Варя любит Лопахина и не может это скрыть, что становится предметом всеобщего интереса, сплетен, но Лопахин же даже объясниться с ней не может. Аня любит «вечного студента» Трофимова, который отрицает любовь вообще и считает, что она только мешает двигаться вперед. Вот только он сам и без любви завяз в болоте бездействия и тоски.

В «Вишневом саду» нет счастливых людей, нет живых людей, есть только одиночество. Декорация на первый взгляд кажется слишком простой:бутафорская трава, деревья, которые напоминают даже не сад, а целый лес, в который уходят герои и из которого появляются, умывальник. Иногда выносят стол, иногда выкатывается телега. Но нехитрая, казалось бы, сценография создает атмосферу некой обособленности, праздной, ленивой и несущественной жизни в глуши.

Никто никого не слышит:диалоги отрывисты, несвязная друг с другом. Замечают ли сами чеховские герои свою отрешенность и бесчеловечность?

На сцене Губернского театра, гораздо ярче проглядывается линия любви Лопахина к Раневской и его переживания, сам он интеллигент, поднявшийся из низов, но тем не менее, он не монстр, жаждущий уничтожить «Вишневый сад», каким многие его видят, он не бесчеловечен. Раневская представлена в виде сильной, даже роковой женщины, у которой еще все впереди, а нежная привязанность к «Вишневому саду» только на словах, она ничего и никого не любит. Даже внешне Любовь Андреевна выглядит резко:ярко накрашена, одета в черное красивое платье. Она не вызывает ни сострадания, ни жалости. Если в некоторых других постановках Раневская- бессильная и трогательная фигура, то тут она такого впечатления не создает, но становится доказательством того, что человек сам в ответе за свои беды, и если он бездеятелен, то это приводит к гибели чего-то очень важного.

В спектакле был один очень интересный момент, который раскрывает тему навсегда ушедшего детства, прошлого, возвращать которые просто смешно. Актеры на сцену выносят кукольный домик, который Раневская называет «шкапик». И шкаф, которому здесь поет, подыгрывая на клавесине, оду Гаев- маленькая моделька настоящего шкафа.

Авторы спектакля старались воссоздать атмосферу максимально приближенную к началу двадцатого века через быт, через костюмы, через музыку:однажды звучит даже народная песня «Эх, дубинушка». Получилось так, что максимально отдаляя Чехова от нас в пространственно-временном континууме, Безруков приблизил вплотную своего зрителя к ним духовно.

Куда мы движемся? Чем мы живем? Что для нас ценно сегодня кроме денег? Это те вопросы, на которые ответ дать трудно потому, что мы часто не можем признать своих ошибок, а когда начинаем задумываться о прожитом, оказывается, что слишком многое было сделано не так и исправлять уже слишком поздно. Мы не слышим друг друга, мы существуем слишком разобщенно, мы следуем за модой, которая не распространяется на искренность, но на самом деле страшно то, что все эти темы не представляются нам как нечто ужасное ни в пьесе, ни в жизни. Все это теперь обычное явление, все идет своим чередом, как и век назад, и мы настолько привыкли игнорировать какие-то важные события, проблемы, что, чтобы хоть на секунду
заставить нас остановиться и задуматься не только о себе, должна лопнуть струна, та самая которую услышали герои «Вишневого сада».